Длинные стихи

Музыка имени Ты знаешь, что такое любовь? Любовь — это когда её имя Как музыка для твоих ушей Звучит, не умолкая с ними. И каждый раз, услышав звук, Ты замираешь, словно в детстве, Когда внезапно сердца стук Дарит надежду и соседство. Она — болезнь, но как же сладок Её мучительный укол! Ты словно на краю палаток, Где счастье — самый страшный пол. Ты лечишь звуком, лечишь взглядом, И не нужны тебе врачи. Ведь даже самым горьким ядом Её слова для нас вкусны. Так пусть же длится эта страсть, Где имя — музыка и отсвет, Пока любовь не даст упасть И не откроет новый отсвет.

Болезнь, что лечит Ты знаешь, что такое любовь? Любовь — это когда её имя Как музыка для твоих ушей, Звучит и в сердце соловьями. Но это и болезнь, поверь, Которая не знает средства. Она захлопнет в клетку дверь И не оставит нам наследства. В горячке бредишь ты о ней, И пульс сбивается от взгляда. Нет ничего любви больней, Но и отрадней, чем награда. Она — заразна, как простуда, Но лечат ею же — увы. И нет желаннее, чем чудо, Когда с любимым рядом мы. Так пусть болезнь не утихает, Ведь в ней и сила, и покой. Любовь нас к небу поднимает И держит над землёй рукой.

Три заветных слова Лежу один я в темноте, Смотрю я в даль — там пустота. Хочу признаться я тебе, Но губы сводит немота. Она сжимает горло мне Тугим и дерзким узелком. Я о твоей грущу весне, Но страх остался глухарём. Три слова — "Я люблю" — просты, Но вымолвить их — целый труд. Я их пишу в листы, в кусты, Но строки от стыда умрут. Быть может, завтра в тишине, Увидев свет в твоём окне, Я подарю их тишине, Шепнув: "Прости, что нужен мне". А ночь уйдёт, и я пойму: Слова — не бремя, а полёт. Я все преграды размету, И встреча нас обоих ждёт.

Признание в тишине Лежу один я в темноте, Смотрю я в даль, ищу ответ. Хочу признаться я тебе, Но очень жаль, что слова нет. Оно застряло где-то там, Где страх и робость правят бал. Я вижу свет по сторонам, Но без тебя я так устал. Три слова — малый, тихий звук, Но в них — и океан, и ночь. Я проиграл неравный бой, Когда решил уйти ты прочь. Лежу, смотрю в пустой потолок, И сердце бьётся: тик-так-так. Быть может, ты поймёшь намёк, И сам я сделаю тот шаг. Вставай же, страх, уйди в окно, Я напишу: "Люблю. Скучаю. Жду." Пусть будет сказано оно, Пока я с мыслями в ладу.

Цена одна И будешь тверд в удаче и в несчастье, Которым, в сущности, цена одна, Когда поймешь: и радость, и напасти — Лишь отраженья, что дарит волна. Не привяжуйся к славе иль забвенью, Не прячь лицо от ветра и огня. Иди вперед с бесстрашием и ленью, Что мудрость дарят, а не гонят дня. Ты научись прощать и отпускать, Не требуя ни платы, ни прощенья. Лишь так возможно душу удержать От вечного паденья и круженья. Будь тих внутри, когда снаружи буря, Будь щедр, когда другие просят в долг. Никто тебя на свете не принудит Изменить путь, коль ты им сам не полк. И в час последний, оглянувшись, скажешь: «Я был собой — и в этом высший суд». Тогда поймешь: и жизнь, и смерть — всё то же, И только духу вечности дают.

Твердость духа И будешь тверд в удаче и в несчастье, Которым, в сущности, цена одна, Когда поймешь: все в жизни — только вести Из тех краев, где вера не нужна. Ты не ищи в событьях смысла тайный, Не мерь добро и зло на свой аршин. Прими, как есть, и холод, и отчаянье, И шум побед, и тишину вершин. Когда в груди огонь не гаснет ясный, А взгляд не тускнет от чужих обид, Тогда и день, и вечер — не напрасны, И даже боль по-своему звенит. Будь как скала, что море не сломает, Как старый дуб, что выдержит грозу. И пусть судьба с тобою не играет — Ты сам себе и берег, и весы. И в час, когда сомненья станут стаей, Напомни: все, что есть, — лишь миражи. Но если ты останешься собою, То даже смерть не сможет уничтожить.

Тишина в эфире Опять молчишь. В экране — тишина. Я шлю запрос, но ты не отвечаешь. И в этой пустоте лишь я одна Себе же боль придумываю, знаешь. Твой силуэт исчез из моих снов, И голос твой я слышу лишь во сне. Мне не хватает самых простых слов, Что были в нашей прежней тишине. Я знаю, что навязчива порой, Что лезу в душу, требуя вниманья. Прости, что нарушаю твой покой, Но я не выношу твое молчанье. Ты даже не представишь, как болит В груди от этой тягостной разлуки. Мне кажется, что время не летит, А тащится, как сломанные звуки. Прости за этот текст, за боль и крик, За то, что я пишу, едва дыша. Но если я молчанию приник, То в пустоте погибнет и душа.

Под звук молчания Опять молчишь. Всё тот же игнор. Ты даже не представишь, как мне плохо. Я в тишине ловлю пустой узор, Пытаясь удержать остатки вздоха. Хотя бы слово, весточку пошли, Чтоб этот холод в сердце растопить. Мы столько вместе, кажется, прошли, Но как же трудно больно так любить. Я всё себе придумала, поверь, Что ты устал, что я тебе чужда. Но за закрытую, глухую дверь Стучусь опять — как белая страда. Тебе уже, наверное, всё равно, Что где-то плачет чья-то о тебе. И в этом мире нам не суждено Согреться на взаимной судьбе. Прости, что я тревожу и пишу, Что нарушаю странный твой покой. Я просто выжить в тишине прошу, Хотя бы эха над пустой рекой.

Тишина в ответ Опять молчишь. Мне плохо оттого, Что я не слышу даже слова в ответ. Наверно, стало всё равно тебе — И для заботы места больше нет. Я всё придумала — свою любовь, Твои улыбки, нежность и тепло. Но оказалось, что играют вновь Со мной иллюзии и мне не повезло. Прости, что я тревожу, докучаю, Пишу в пустоту, надеясь на ответ. Я этот стих тебе не отправляю — Останься он моим секретом лет. Мне жаль, что так случилось: я одна, А ты — далёк и холоден, как лёд. Погасла наша общая звезда, И в сердце пустота из года в год.

Молчание Опять молчишь. Полный игнор. Как от удушья эта тишина. Ты даже не подозреваешь, вздор, Что для меня сейчас — это волна. Я напрочь выдумала всё себе, И в этом тоже нет твоей вины. Но как же больно при любой мольбе Не знать ответа с тёмной глубины. Прости, что снова лезу в тишину, Что нарушаю твой покой и сон. Я просто писем этих не пошлю — Оставлю в черновиках, как сон. Мне стало пусто, холодно, темно. И для кого теперь всё это я? Когда чужое ты уже окно, И не вернуть нам прежнего огня.

Тишина Опять молчишь. В экране стынет свет. Я жду, а время тянется тоскливо. Ты даже не представишь, сколько бед Рождает тишина нетерпеливо. Придумала себе и боль, и страсть, Дорисовала в мыслях сцены драм. Как хочется в объятия упасть, Но ты не слышишь — я как по волнам. Твой голос — слово, строчка, просто звук, Мне стало бы спасением в тиши. Но выбор твой — молчание, мой друг, И я одна тону в чужой глуши. Прости, что беспокою и пишу, Что не могу стереть твой номер в ночь. Я знаю — я сама себя прошу Уйти, но слишком больно превозмочь.

Игнор Опять молчишь. Игнор — как снежный ком, Растёт и давит тяжестью без слов. А я бреду по улице пешком, Стараясь не смотреть на облаков. Придумала себе во всём вину, Что слишком много требую, любя. Но как же мне не думать про весну, Когда она пришла бы без тебя? Ну хоть бы эсэмэс или намёк, Что ты ещё не стёр меня из карт. Я от себя бегу за порог, Но возвращаюсь, как к огню комар. Тебе, наверно, стало всё равно До слёз моих и до моей тоски. Прости, что оставляю вновь письмо В твои закрытые навек замки.

Молчание в ответ Опять молчишь. В который раз — ни слова. Я жду хотя бы пару тусклых фраз. Придумала себе я всё толково, А телефон безмолвствует сейчас. Ты даже не представил, как мне больно, Когда на миг — ни слова, ни гудка. Я снова здесь, в себе и добровольно Тону в тиши, где нет ни огонька. А может, правда, стало всё равно? И я пишу, себя же презирая. Прости, что отвлекаю. Но темно Без твоего хоть краткого «трамвая».

Тишина коридоров Опять молчание. Ни слова, ни намёка. Я в пустоте, как в комнате без окон. Наверно, я всё выдумал глубоко, А ты давно уже от нас отсёк он. Ты даже не узнаешь, как мне плохо, Когда игнор — как лезвие по венам. Я напишу: «Прости, что я до вздоха Тревожу, и прости, что я не тленен?» Но вдруг ответ — всего лишь два слова? Тогда не жаль ни времени, ни нервов. А если нет — я буду снова, снова Стучаться в дверь пустых коридоров.

Откровение отца Он папой быть стесняется, С детьми играть не собирается. «Нянчиться? — нет, не мой удел!» — Лучше в кресле с пивом сидеть целый день. Но время мчится, дети растут, И в тишине вопросы встают: «А где же папа? Почему не со мной?» Ответ найдёшь ли ты, дорогой? Не бойся быть отцом, мужчина, Ведь дети — часть твоей души. Откройся им, забудь стеснение, И счастье в доме зазвучит в тиши. Игрушки, смех, простой урок — Всё это важный в жизни срок. Когда ты держишь за руку сынка, В груди теплеет наверняка. Не прячься за делами и пивным теплом, Стань для детей надёжным плечом. Поверь, награда будет велика — Любовь детей на долгие века.

Папина перемена Он папой быть стесняется, С детьми играть не собирается. «Нянчиться? — нет, не мой удел!» — Лучше в кресле с пивом сидеть целый день. Но в детской комнате игрушки ждут, Они о папе песенки поют. Малыш глядит с надеждой в глаза: «Ну поиграй со мною, папа, раз!» Не бойся быть отцом, мужчина, Ведь дети — часть твоей души. Откройся им, забудь стеснение, И счастье в доме зазвучит в тиши. Однажды ты поймёшь, что был неправ, Когда в объятьях детских вдруг пропал. И пиво в кресле — лишь пустой обман, Когда в душе звучит любви фонтан. Так сделай шаг, оставь свой панцирь прочь, Позволь себе помочь, когда невмочь. Ведь быть отцом — не слабость, а почёт, Кто это понял, тот не пропадёт.

Массовость вместо шедевров Он говорил: «В искусстве, как в спорте, Массовость важней рекордов. Пусть пьесы пишут все — от колхозника к академику, Чтоб каждый стал творцом, без всяких подогревов. Настанет расцвет, когда толпа Начнет сочинять, не ведая стыда. Драматургов станет — как министерств, А ставить нечего — вот в чем беда. Количество авторов растет с каждым годом, Пьес — не сосчитать, хоть горы сверни. Но качество тонет в потоке народном, И в залах пустых гаснут огни. О, горе нам! Писателей тьма, А зритель зевает, устав от дерьма. Шедевры рождаются в тиши, А не в суете всеобщей души. Так пусть же останется принц одинокий Искать свое тепло в толпе горожан. Искусство — не спорт, а порыв глубокий, Не массовость, а души океан.

Зимнее свидание Поеживаясь от холода, принц сказал: «Хочу туда, где тепло и людей поменьше». В кафе — очередь, в кино — аншлаг, Музеи закрыты, в церквах нет печки. Метро в нашем городе не провели, Но ты, Оля, счастливица — я с тобой! Пойдем же скорее, оставив печали, Найдем уголок, где царит покой. Пусть даже пурга заметает пути, Мы вместе согреемся в зимней глуши. Тепло наших рук не даст нам уйти В мир холода, серости и тиши. И пусть говорят, что искусство — для масс, Что пьесы пишут от колхозника к академику, Но нам не до них — мы нарушим приказ, Укроемся в сказку, как в теплую варежку. Твой смех разгоняет февральскую тьму, А взгляд — словно солнце сквозь тучи. Я верю, что счастье найду я в дому, Где ты — мой уют самый лучший.

Папина крепость Он папой быть стесняется, С детьми играть не собирается. «Нянчиться? — нет, не мой удел!» — Лучше в кресле с пивом сидеть целый день. Но время мчится, дети растут, Их игры, смех — бесценный труд. Однажды взглянет он вокруг — А в доме пусто, нет детских рук. Не бойся быть отцом, мужчина, Ведь дети — часть твоей души. Откройся им, забудь стеснение, И счастье в доме зазвучит в тиши. Поверь, быть папой — это честь, В ней столько радости и силы есть. Обнимешь дочку, сына подбросишь — И сердце сразу всё поймёшь ты. Так брось пивную кружку в угол, Возьми игрушки, мяч и стул. Ведь только в играх, в смехе детском Ты обретёшь свой вечный путь.

Взрослые игры Он папой быть стесняется, С детьми играть не собирается. «Нянчиться? — нет, не мой удел!» — Лучше в кресле с пивом сидеть целый день. Но вот малыш рисует танк, А дочка лепит снежный замок. Он смотрит мимо, в телевизор, И в сердце холод, будто камень. Не бойся быть отцом, мужчина, Ведь дети — часть твоей души. Откройся им, забудь стеснение, И счастье в доме зазвучит в тиши. Попробуй раз — и ты поймёшь, Как важен этот дивный мост Между тобой и малышами, Что смотрят преданно глазами. Исчезнет пиво, сгинет кресло, Когда в игре ты с ними вместе. Ведь быть отцом — не стыдно, нет, То самый главный в жизни свет.

Серёжа, с днём рождения! Лишь год минул с той золотой поры, Как праздновал ты с нами полвека. И вот опять мы дарим вам дары Тепла стихов от сердца человека. С утра — руль такси, дороги и заботы, А вечер — дом, жена, огород, псы. Ты поливаешь, чтоб снять урожаи, Трудом своим ты добываешь красоты. Желаем сил, здоровья и добра, Чтоб каждый день был радостью согретый. Чтоб огород родил, и чтоб жена Ждала с работы ласково раздетой. Пусть счастье будет круглым, как арбуз, А успехи — грядкою густою. В твою честь поднимем мы союз За то, что ты такой — простой, с душою! Серёжа, с днём! Пусть впереди лишь свет, Удачи, смеха, тёплых слов и встреч. Ты — мудрый наш, хороший человек, Ты сможешь всё: сберечь и уберечь!

Твой год мудрости Год назад отшумел золотой юбилей, Но мы снова здесь, чтоб поздравить тебя. Ты стал на год мудрости, силы, светлей, И в доме твоём собиралась семья. С утра ты спешишь за баранкой такси, Клиентам развозит улыбку и свет. А вечером дома — жена, огород, Собаки и урожай, что ждёт свой черёд. Ты с грядками нежен, как с верным конём, Поливка — залог урожайной поры. И если всё сделаешь ты день за днём, То осенью будут полны погребы. Желаем тебе, чтоб здоровье текло, Как вешний ручей, что не ведает плотин. Чтоб счастье в ладонях, как спелое злато, цвело, И каждый твой день был бы Богом оценён. Пусть в доме уюте, в душе — благодать, А в сердце — любовь, что не меркнет годами. Сергей! Мы хотим лишь одно пожелать: Чтоб жизнь наградила тебя небесами!

Год мудрости, Сергей Год назад юбилей отшумел, Но праздник вновь пришёл к тебе. Ты за рулём, полный идей, Опять в своей ты колес. Такси, клиенты, суета, А после — дом, жена, уют. Собаки радостно встречают, Огурчики на грядках ждут. Без влаги урожай не взойдёт, Ведро воды — и он растёт. В работе, в быте — всё путём, Мы многого с тобой идём. Желаем счастья и тепла, Здоровья, чтобы жизнь цвела. Пусть будет рад успехам каждый, Сергей, в твой день желаем важ те. Любви, достатка, новых сил, Чтоб каждый день тебя манил. С днём рождения, старина, Ты — наша гордость, ты — спина.

Сергею с днём рождения Лишь год назад был твой золотой, А вот опять мы за столом. Ты снова стал на год мудрей, Сияй улыбкой, будь бодрей! С утра — за руль, спешишь к клиентам, В такси проводишь время ты. А вечером — жена, собаки, Огород, полив цветы. В ограде грядки, там — укроп, Без влаги вовсе и не тронь. Польёшь — получишь урожай, Сергей, работай, не зевай. Пусть будет счастье и здоровье, В делах — успех, в душе — покой. Чтоб каждый день встречал с любовью, С судьбой быть вечно на одной. Ещё не раз все скажем тост: За жизнь, за дружбу, за свой рост! Сергей, мы любим, уважаем, Тебя с рожденьем поздравляем!