Философская лирика

Без ответа Для дочек старались: вахты, долги без отдачи, Всё лучшее — им, а теперь мы — иначе. На пенсии — плохие, не ждут, не звонят, И общения нет, только тихий закат.

Пустая клетка Для дочек мы жили, вкалывали на вахтах, Всё лучшее — им, занимали без отдачи. А вышли на пенсию — стали плохими отцами, Им звонки не нужны, и не ищут встречи.

Родительская доля Для дочек — всё, что могли: вахты, долги, Им — лучшее, нам — лишь усталость в крови. На пенсии — плохие, не те, что нужны, И звонки не звучат, и общения нет.

Тишина в ответ Для дочек — всё лучшее, вахты и долги, Мы верили: вырастут — будут близки. На пенсии стали плохими, чужими, Звонки оборвались, и нет нас отныне.

Отданное без остатка Всё отдали дочкам: и силы, и средства, Долги за их счастье — на наши же плечи. Теперь мы на пенсии — плохие соседи, Им звонки в тягость, и общения нету.

Опустевший дом Вкалывали с женой, чтоб дочки росли, Им лучшее — в долг, без отдачи, несли. Теперь мы на пенсии — в списке плохих, Отказано в звонках, в разговорах простых.

Первая искра Из хаоса и мрака, из пустоты, По воле неизвестной простоты, Возникла вдруг искра, источник света, И ею вся Вселенная согрета. Из этой искры, из глубин огня, Возникла жизнь, дыхание храня. И с каждым днём, в борьбе и в тишине, Она росла на этой дивной стороне.

Брат, ты не один Если вдруг устал ты от дорог, Если мир на плечи давит грузом, Знай, что я — твой самый верный друг, Разделю с тобой и боль, и грусть я. Ты не бойся сделать шаг назад, Отдохнуть и выдохнуть тревоги. Мы с тобой — опора и отряд, Вместе мы пройдём любые сроки.

В добрый путь Звенит звонок последний, затихая, И в прошлом остаётся школьный класс. Вас жизнь зовёт, от счастья замирая, Я верю: всё получится у вас. Дерзайте, открывайте, не сдавайтесь, Храните в сердце детства чистый свет. Дорогой верной твёрдо направляйтесь, И помните: преграды в жизни нет. Я научу вас верить и любить, Хотя урок окончен навсегда. Но в памяти останется той нить, Что связывает нас через года.

Лета златые О лета златые, блаженные дни, Когда в чистом поле резвились огни. Зефиры ласкали ланиты лесов, И мир был исполнен чудесных даров. Природа в венце из цветов и листвы Дарила нам яства земной красоты. Вкушали мы нектар медовых часов Под пенье пернатых, что славили кров. Но время крылато — не спрячешь в горсти, Уносит мгновенья в незримые вёрсты. Взойду на вершину, воззрю в небосвод И вспомню, как счастлив я был в этот год. О лета златые, где вы? Лишь во сне Являетесь ныне, как в дивной весне. Сбирайте же, музы, в свой пышный фиал Тот свет, что нам каждый рассвет даровал.

Цветение в тени Меня зовут Сакурой — так прозвали, За то, что я как вишня, нежна и тонка. Но в сердце моём, как в холодной стали, Тоска поселилась у самого дна. Я вижу во сне его карие очи, Ивана — соседа по парте, дружка. Мы вместе гуляем, смеёмся до ночи, Но я для него лишь одна из звонка. Он брюнет, кареглазый, обычный мальчишка, А я — как сакура, вешний цветок. Мне хочется больше, чем просто книжки Листать на уроке, смотреть на восток. Но знаю я точно: ему не до страсти, Он видит во мне лишь подругу, сестру. А я разбиваюсь на мелкие части, Когда он проходит по коридору. Полгода назад я любила другого, Диму — высокого, старше на год. Он тоже не принял признанья простого, Сказал: «Ты ребёнок, пройдёт этот год». И вот я опять в этом замкнутом круге: Влюбляюсь без памяти в тех, кто не мой. Два раза обожглась — и снова в испуге Бегу за мечтой, за пустой тишиной. А сакура цветёт, осыпаясь в апреле, И лепестки её падают в грязь. Мне в седьмом классе так хочется верить, Что счастье придёт, хоть сейчас не сбылось.

Призыв Когда в ночи зажгу свечу, И ветер стихнет за окном, Я шёпотом произнесу: «Приди, кто сердцу так знаком». И в тишине услышу звон, И свет пронзит густую тьму, Тогда пойму, что не один, Посланник мой пришёл к уму.

Покорители высот Елена и Юрий — два смелых скалолаза, Вершины и скалы им все по плечу. С улыбкой идут они, веря в удачу, И светят друзьям, словно в небе свечу. Доброта и отзывчивость — вот их опора, В горах или в жизни — всегда на посту. Весёлый их нрав не боится укора, Они покоряют любую мечту. Пусть ветер свистит, а уступы всё круче, Их дружба и смех победят высоту. Елена и Юрий — как горные тучи, Что дарят тепло и несут красоту.

Взрослая Злата, привет, это я, твоя малышка, Ты не узнала, наверно, меня. Ты так далеко, а я стать хотела Взрослой — и вот я взрослой стала. Только забот стало больше, не меньше, Друзей же осталось всего ничего. Учеба достала, и в сердце не лесть мне: Зачем я спешила? Не стоит того.

Тишина Я снова стою на краю, Где ветер срывает слова. Внизу только камни и тьма, А вверх — пустота и молва. Но кто-то на шаг опоздал, И пальцы разжались в ночи. Я выжил — и снова устал До следующей пустоты.

Тишина пустоты В этой тьме не горят фонари, только звёздный песок, И Млечный Путь разливается, как белый дым. Ты летишь миллионы вёрст, одинок и высок, И не ведаешь — будешь ли ты кем-то ещё любим? Только вакуум стонет в груди, рвётся скафандр по швам, Но ты помнишь, что дома оставил тепло и свет. Здесь, в пустоте, ты — лишь гость, и не сдашься ветрам, Потому что для тех, кто внизу, ты — надежды просвет.

Четверо против всех Атос, Арамис, Д'Артаньян и Портос — Мы были смелы, как в романе Дюма. Детство ушло, но память — словно отзвук, Где нас четверо, и нету зла и тьмы.

Любовь и осколки Сердце обычно любовь разбивает, Это закон бытия, а не зло. Каждый влюблённый об этом всё знает, Только безумно биение шло. Стук учащённый — и вот уже трещин Сеть расползается тонкой змеёй. Ты ещё любишь — но он не замечен, Он превращается просто в чужой. Долго ли будет струиться обида Сквозь микротрещины в сердце твоём? Скажешь себе: «Никакого мне вида Не было в счастье пустом и ничьём». Всё, что разбито, когда-то срасталось В новый рисунок — мозаику чувств. Только бы сердце опять не сдавалось, Как ни пытал бы его этот груз. Мир не кончается точкой разрыва, В небе луна совершает свой круг. Сердце — оно и красиво, и лживо, Но без него мы — без рук.

Пустота внутри Я выжата, как лимон, до капли, Ни чувств, ни мыслей — одна зола. Мечты остыли, надежды спят ли, Душа, как выжженная, скула. Встаю с трудом, но нет желанья, И кофе горький не бодрит. Внутри — глухое затихание, И сердце будто не стучит. Всё валится из рук, без силы, Обычный день — как тяжкий крест. Я спряталась в свою могилу Из серых стен и серых мест.

Полет души Распрямится, словно птица, пусть душа моя взлетит, К небесам она стремится, где покой и свет царит. Там, где нет обид и слёз, только радость и любовь, Я найду свой дивный край, возрождаясь вновь и вновь.

Высота Распрямится, словно птица, пусть душа моя взлетит, В вышине не усмирится, сердце радостно стучит. Облака — как вата, нежно, солнце ласково печёт, Этот миг — как свет надежды, что сомненья разобьёт.

Сердце степи Татарский народ — как степной ветер вольный, В нём гордость веков и душа колыбельная. Сквозь время и бури он шёл непреклонный, Храня свою речь и судьбу драгоценную.

Дракон в небе Китайцы верят в дракона, Что в небесах парит легко. Его могучая икона Хранит от зла их далеко.

Эхо пустоты Вокзал пустой, где тебя не видит глаз, Ты крик бросаешь в тишину, как в пропасть. Эхо разносится, играя с тобой, Но отклика нет — лишь холодный воздух. Надежда, что заметят, горит в груди, Но эхо улетает вдаль, не возвращаясь. Тут и там звучит твой голос одинокий, И снова ты один на этом вокзале.