Стихи про надежду

Тишина пустоты В этой тьме не горят фонари, только звёздный песок, И Млечный Путь разливается, как белый дым. Ты летишь миллионы вёрст, одинок и высок, И не ведаешь — будешь ли ты кем-то ещё любим? Только вакуум стонет в груди, рвётся скафандр по швам, Но ты помнишь, что дома оставил тепло и свет. Здесь, в пустоте, ты — лишь гость, и не сдашься ветрам, Потому что для тех, кто внизу, ты — надежды просвет.

Пламя и пепел Ты был циничен, я — горда, сильна, Но страсть обоих нас сожгла до тла. «Мне безразличен он», — твердила ты, Но рухнули все прежние мосты. Слова бросали, как в костер дрова, И пламя жгло до самого нутра. Сегодня пепел стынет на ветру, Но сердце шепчет: «Я его верну». И в тишине, где спят былые сны, Я слышу эхо гулкой тишины. Быть может, завтра всё начнём с нуля, Два пепла, две судьбы, одна земля.

Высота Распрямится, словно птица, пусть душа моя взлетит, В вышине не усмирится, сердце радостно стучит. Облака — как вата, нежно, солнце ласково печёт, Этот миг — как свет надежды, что сомненья разобьёт.

Эхо пустоты Вокзал пустой, где тебя не видит глаз, Ты крик бросаешь в тишину, как в пропасть. Эхо разносится, играя с тобой, Но отклика нет — лишь холодный воздух. Надежда, что заметят, горит в груди, Но эхо улетает вдаль, не возвращаясь. Тут и там звучит твой голос одинокий, И снова ты один на этом вокзале.

Крик в пустоте На вокзале, где никто не видит тебя, Ты кричишь, надеясь, что кто-то услышит. Эхо разносится по залам и платформам, Но ответа нет — лишь эхо в ответ. Надежда тает с каждым отзвуком, Что заметят, поймут, протянут руку. Но эхо летит туда, где его не ждут, И ты остаёшься с тишиной наедине.

Рассвет Чистый пророк идёт, Светом ломает ночь. И зовёт меня домой, В новый день, в прочь.

Зов домой Чистый пророк идёт, Светом ломает ночь. И зовёт меня домой, Уходит страх прочь.

Ритмы мегаполиса Бетонные джунгли, суета и бетон, Но я вижу свет в глазах малыша. Люди спешат — каждый занят своим, А в сердце весна, и душа хороша.

День сурка Утро встречает уставшим, невыспавшимся взглядом, Кофе глоток — и бегом, чтоб не встретиться с адом. Вечер приносит лишь тяжесть в натруженных плечах, Мысли о сне — как спасенье в коротких лучах. Снова одно и то же: работа, уютный диван, Снова в глазах — лишь экран, словно вечный туман. Где-то за окнами жизнь, а у нас — только тень, День за день, словно в клетке, и ночь, словно день. Я задыхаюсь в привычном, знакомом кругу, Сил нет бежать, но и стоять не могу. Где тот рывок, что разбудит и вырвет из сна? Где та весна, что так долго и слепо ждана? Завтра я встану и сделаю шаг за порог, Сброшу оковы, что держат унылый итог. Встречу рассвет, что раскрасит унылую быль, И разорву эту серую, тягостную пыль.

Круговорот С утра — сонные взгляды, измотанные шаги, К вечеру — усталость и дымящиеся мозги. День пролетел незаметно, как лист календаря, Только в глазах — отражение серого дня. Вечер наступит — и снова за окнами тишь, Снова в кровати лежу и в потолок не гляжу. Снова мечтаю, что завтра всё будет иначе, Но просыпаюсь — и снова по кругу хожу. В этой рутине я сам для себя стал чужим, Словно актёр, что играет по сценам чужим. Где же тот ветер, что сдул бы унылый туман? Где же тот день, что разбил бы бессмысленный план? Может быть, завтра я выйду навстречу дождю, Сброшу оковы и волю свою обрету. Хватит терпеть эту серую, вязкую тишь! Завтра проснусь — и, возможно, ты мне позвонишь.

Точка опоры Глубина несчастья — это пропасть в нас, Куда мы падаем, теряя свет. И каждый новый день — как лишний час, Которого в реальности и нет. Но если я смогу найти в себе Хотя бы кроху мужества и сил, То, может быть, навстречу синеве Я сделаю шаг — и воспарил.

Тишина без тебя В душе надеюсь — может быть, напрасно, Мне не узнать твоих сокрытых дум. Тебе, наверно, это не подвластно, Зачем тебе я? Сам себе безум. Но всё как есть — я берегу святыню, Твои чувства и каждое слово. Боюсь тревожить, будто бы в пустыне Ищу глоток, чтоб выжить вновь и снова. Мне очень не хватает нас с тобою, Того тепла, что грело в холода. Хотя порой бываю сам не свой я, Ты для меня — как в море вновь вода. Я лишний раз не смею написать, Чтоб не нарушить хрупкое молчанье. Но буду ждать и верить, и дышать, Пока в груди горит твоё сиянье.

В надежде В душе надеюсь — может быть, напрасно. Не знаю мыслей, что живут в тебе. Тебе, наверно, это не подвластно, Зачем я нужен? Всё в своей судьбе. Но я беречь умею твои чувства, Боюсь тревожить лишний раз тебя, Хотя так хочется — порой до буйства, Мне не хватает самого себя. Я помню взгляд и каждый жест случайный, Твой голос в трубке — музыка для ран. И этот день, и вечер необычайный, Когда я был тобою, словно пьян. Прости, что тихо, без лишних слов, без крика, Я просто жду и в сердце берегу. Ты для меня — великая владыка, Я без тебя и дня прожить не могу.

Тихий зов Надежда теплится в душе — не гаснет. Быть может, всё напрасно, но не зря: Твои слова и взгляды — как прекрасны, Но я не знаю, что в тебе, любя. Зачем тебе я? Ты ведь можешь сам Найти других — без груза и сомнений. Я берегу твой мир по временам, Боясь нарушить ход твоих мгновений. Мне хочется к тебе — писать, звонить, Сказать, как не хватает мне участья. Но я молчу, чтоб тишину хранить, В надежде, что откликнешься на счастье. Поверь, мне трудно — каждый день и час Я борюсь с этим внутренним желаньем. Но если ты прочтёшь когда-нибудь, Поймёшь: я верю всем своим страданьем.

Душа в тишине Я в душе надеюсь, хоть, быть может, зря. Не знаю, что в твоей душе сейчас. Мне кажется: тебе я не нужна, Но чувства не унять — они как раз. Я берегу тебя — твой мир, покой, Боюсь тревожить лишний раз тебя. Хоть ноет сердце, я хочу с тобой Быть рядом, горячо тебя любя. Мне не хватает взгляда, рук, тепла, Того, как ты смеёшься по утрам. Но я молчу — словам не хватит силы, Чтобы сказать, как рвусь я к берегам Твоей души. Но страх сжимает грудь: А вдруг я — груз? А вдруг не нужно всё? Я лучше в тишине побуду, пусть В душе надежда тихо жизнь несёт.

В тишине Я в душе надеюсь — может быть, не зря Все мои сомненья, все мои мечты? Я не знаю, что ты думаешь, любя Или просто дружбу? Вот мои мосты Сожжены? Или пока еще стоят? Наверно, тебе это не к чему совсем, Зачем тебе я? Есть другой, и рад Ты встречать его, забыв про «мы» и «тем». Я берегу твои чувства — как же можно Беспокоить лишний раз, когда и так Все внутри дрожит, и осторожно Я молчу, хотя зову, хоть знак. Мне очень не хватает теплых рук, Голоса, что греет даже в снег. Я боюсь шагнуть — ведь это стук Может стать последним словом «навсегда»? Но надеюсь в душе, шепчу во тьму: «Приходи, хотя бы во сне, молю». Ты не знаешь, я не скажу никому, Как тебя, единственную, люблю.

В ожидании Я в душе надеюсь, хоть и знаю — напрасно, Я не знаю мыслей твоих, не пойму. Может, я тебе вовсе не нужен? Опасно Верить в то, что я что-то значу в дому Твоей жизни, которая полна без меня. Понимаю, что я — не в сценарии дней. Ты же любишь другого, а может, и дня Не пройдет, чтоб не вспомнить — ни здесь, ни теней. Я берегу твои чувства, как хрупкий фарфор, Беспокоить боюсь, хоть и хочется мне Просто крикнуть: «Приди! Разорви этот вздор!», Или в трубку услышать: «Скучал о тебе?». Ты молчишь, и я молча смотрю в пустоту, Каждый день без тебя — словно вечность длиной. Я надеюсь, что где-то мечты на посту И однажды откроется мир за стеной. А пока я пишу эти строки в тиши, За окном уже вечер, и звезды горят. Я прошу: не жалей, просто будь и дыши, Даже если я где-то внутри невпопад.

Скучаю по вам Тарас, я скучаю по нашим вечерам, Когда мы втроём собирались по вечерам. Персик вилял хвостом, ты меня обнимал, А теперь я одна — ты меня не прощал. Но я верю, что глупость пройдёт, как вода, И ты позовёшь меня к себе навсегда. Я так люблю вас — и тебя, и щенка, Приди же ко мне, заждалась я пока.

Надежда на чудо «Думаешь, мне миллиард дадут?» — Шепчу я звёздам в тишине. Быть может, деньги упадут С небес, как снег, ко мне.

Свет в окне Здесь, за стеклом, не просто кабинет, А место, где находят понемногу Ответы, если в жизни света нет, И учат заново смотреть на дорогу. Сюда приходят те, кто рано стал Взрослее, чем позволено судьбою. Здесь слышат, кто как будто бы молчал, И бережно ведут за пустотою. Патронаж — не надзор, а тихий шаг Туда, где боль и детская обида. Здесь важен каждый сбившийся «пустяк», Чтоб заново сложился мир из сдвига. Консультируют здесь не спеша, Чтоб каждый смог довериться, как другу. Здесь учат снова верить и дышать, И не бояться самого испуга. И пусть не всё исправить под луной, Но этот центр — островок спасенья. Здесь возвращают детство и покой Под тихое и мудрое терпенье.

Зов сердца Такой, как ты, не усидеть в своих покоях, Твой меч блестит, ты ищешь битв и новых троп. Пойдём со мной — я верю в наш союз без сбоев, Ты будешь счастлива, красавица, и гроб.

Огонь без дыма Надо мне огня и дыма, зелья подлого, Мне не поможет — я пытался и не раз. А может, просто тишина и слово доброе, Чтоб душу вылечить, не мучаясь сейчас?

Без обмана Не надо мне огня и дыма, зелья подлого, Мне не поможет — я пытался и не раз. Подай мне руку, сделай дело доброе, И не нужны мне будут тлен и газ.

Проводы Папа ушёл на войну за страну, за Россию, В сердце тоска, на глазах — тихий, горький туман. Мама стоит у крыльца, словно белая ива, Ветер играет с платком, словно с душой хулиган. Тяжесть прощания жжёт, как осенняя стужа, Сын прижимает к груди отцовский ремень. «Ты береги себя, папа, ты нам очень нужен», — Шепчет, а голос срывается в ночь, словно тень. Где-то вдали, за холмами, грохочут разрывы, Земля содрогается, плачет от боли и ран. Папа шагает в строю, он суров и красивый, Верит, что скоро вернётся под мирный шатёр-балаган. Письма идут через месяц, пропахшие потом, Строчки дрожат: «Не волнуйтесь, я жив и здоров». Мама читает их ночью, забыв про работу, Сын засыпает с мечтой: «Только б без докторов». Время ползёт, как улитка по мокрому стеклу, Каждый день — как война, каждый миг — как прицел. Папа вернётся, я знаю, развеет он мглу, Главное — чтобы живой он домой прилетел.