Стихи про быт

День сурка С утра будильник — словно приговор, Вставать не хочется, но надо, надо. На кухне кофе, за окном забор И серость неба, как в аду награда. В троллейбусе толпа, как сардины в банке, Все сонные, уткнувшись в телефоны. А в офисе — отчеты, планы, склянки С водой, чтоб не уснуть под монотонный Гул принтеров и стук клавиатур, Где время тянется, как жвачка, вязко. Обед — пирожки и кислый кефир, И мысли: «Где же ты, моя подсказка?» Но вечером — свобода, тишина, Диван, сериал, плед и чашка чая. И вроде жизнь неплохая дана, Хоть каждый день одно и то же, знаю. Но я держусь, ведь это не навек, За рутиной придет и отпуск, лето. И снова станет счастлив человек, Пока круги не стерли все приметы.

Круговорот будней Будильник взвыл, но я его не слышу, В подушку спрятав голову и нос. Вчерашний день, как тяжкую афишу, Смотрю в окно — там серый и мороз. На кухне чайник, кофе, хлеб и масло, Но аппетита нет, одна тоска. Организм просит: «Дайте мне подкрасить Реальность сном хотя бы на полдня!» И снова в офис, где часы ползут, Как черепахи, вязнут в суете. А вечером — диван, уют, приют, Чтоб завтра вновь проснуться в темноте. И так день за днем, неделя за неделей, Бежим по кругу, словно в колесе. Мечты о лете, море и безделье Теряют краски в серой полосе. Но знаю я: закончится и это, Придет весна, растает снег и лед. И в круговороте найдется место Для счастья, что нас всех когда-то ждет.

Круговорот будней Будильник взвыл, но я его не слышу, В подушку спрятав голову и нос. Вчерашний день, как тяжкую афишу, Смотрю в окно — там серый и мороз. На кухне чайник, кофе, хлеб и масло, Но аппетита нет, одна тоска. Организм просит: «Дайте мне подкрасить Реальность сном хотя бы на полдня!» И снова в офис, где часы ползут, Как черепахи, вязнут в суете. А вечером — диван, уют, приют, Чтоб завтра вновь проснуться в темноте.

Утренняя усталость Не выспалась — всего лишь полчаса бы Ещё поспать, уткнувшись носом в плед. Но вместо сна — глотаю воздух слабый И кофе пью, чтоб смыть усталости след. В окне темно, и холодно на кухне, Кофе не спас — в нём горечь и тоска. И я бреду по улице пустынной К работе той, что нету всё конца. Ещё чуть-чуть — и вечером в кровать, Уткнувшись носом в мятое бельё. А утром снова: встать и не упасть, И пить своё любимое нытьё.

Ранняя пташка Пять утра — и я уже на ногах, Хотя спать хочу — глаза слипаются. Мне бы час ещё в тёплых мечтах, Но часы, как назло, не сбиваются. Кофе горький, как моя судьба, Бутерброд жуётся еле-еле. В голове — пустая, злая мгла, Ноги сами движутся к постели. Только день уже ворвался в дом, Солнце светит, птицы голосят. Я стою с заспанным лицом, И мечтаю: «Дайте мне назад те полчаса!»

Утренняя молитва Будильник взвыл — и свет включился сам. Я открываю слипшиеся веки. Ещё бы час — и к чёрту по часам! Но день уже ворвался в человечьем беге. Встаю, зеваю, кофе наливаю, Глаза тру, словно ватой, на ходу. А сонный мозг всё шепчет: «Я сдаюсь…» Но я иду, хоть падаю в ходу. Ещё чуть-чуть — и вечером в кровать, Уткнувшись носом в мятое бельё. А утром снова: встать и не упасть, И пить своё любимое нытьё.

Серый день С утра — сонные взгляды, измотанные шаги, К вечеру — усталость и дымящиеся мозги. День пролетел незаметно, как лист календаря, Только в глазах — отражение серого дня. Вечер наступит — и снова за окнами тишь, Снова в кровати лежу и в потолок не гляжу. Снова мечтаю, что завтра всё будет иначе, Но просыпаюсь — и снова по кругу хожу.

Один день С утра — сонные взгляды, измотанные шаги, К вечеру — усталость и дымящиеся мозги. День пролетел незаметно, как лист календаря, Только в глазах — отражение серого дня. Мысли как мухи жужжат, не давая покоя, Сердце стучит, но не знает, куда ему деться. В этой рутине я сам для себя стал чужою, Хочется вырваться, но некуда деться.

Круговорот С утра — сонные взгляды, измотанные шаги, К вечеру — усталость и дымящиеся мозги. День пролетел незаметно, как лист календаря, Только в глазах — отражение серого дня. Снова будильник разбудит до света, без сил, Снова варю себе кофе, чтоб хватило на миг. Где-то за окнами осень листву уронила, В этом потоке я сам себя едва сохранил.

Деревенский быт В деревне жизнь идёт неспешно, Кудахчут куры, лает пёс. И всё здесь дышит так безгрешно, Что забываешь про вопрос.

Совещание в Белом доме Рыжий Джо сидит в пакете, Пакетов много — целый шкаф. Трамп ведёт беседу эту: «Иран решим?» — вопрос не слаб. Собрались в ситуационной, Два часа — и тишина. Пакетов шорох, как симфоний, А в них — вся суть, вся глубина. Сказал: «По итогам совещанья Я объявлю своё решение». Но вышли все без обещанья, Как пакет без содержимого мгновенья. Иран — сложней, чем связка фасов, Чем этот вязкий полиэтилен. Рыжий Джо гавкает: «Без спросу Они решают, кто нам кем?» Пакеты, пакеты — вся наша страна, Дональд не принял решения сполна. А рыжий Джо уже съел три пакета — Вот вам сарказм, как песня поэта.

Пакетная политика Сарказм и пакет — два любимых слова, Пакет с пакетами — вот наша основа. Рыжий Джо верен, как старый барбос, А Трамп всё решает: то Иран, то вопрос. Собрал он команду в ситуационной, Два часа совещались — без инноваций. Сказал: «Всё решу я по итогам беседы», Но после — молчанье, как в фильме про деда. Пакеты к пакетам — вся суть бытия, Джо лает на кошек, а Трамп — на судью. Иран — это сложно, тут нужно решение, Но лучше пакетов — лишь нервное рвение. Так тянется время, как старый пакет, Никто не приемлет решительный свет. И рыжий Джо, и пакетный запас Готовят нам новый политический час.

План на жизнь Лиза под музыку шагает вперёд, С друзьями гуляет, не зная забот. В субботу «Мент» — ритуал без измен, Но танцы и краски — её перемен.

Вечер с Лизой Лиза любит слушать музыку и петь, С друзьями по проспекту вдаль глядеть. В субботу «Мент» условный смотрит вновь, А в сердце — к танцам и рисунку любовь.

Её мечты Под музыку Лиза мечтает летать, С друзьями по парку до ночи гулять. В субботу условный «Мент» — не беда, Ведь танцы и кисти зовут в никуда.

Ритмы и краски Музыка в наушниках, друзья вокруг, В субботу «Мент» — проверенный друг. А Лиза тихонько мечтает о том, Как танцы с рисунком войдут в её дом.

Её мир Музыка, друзья, субботний сериал — Всё это Лиза в свой график вписала. Но в сердце живёт неоткрытый талант: Танцующей кисти полёт-бриллиант.

Искра Юре нравится Иринка, Пилорама их свела. Губы — сладкая тростинка, Взгляд — как вешняя смола. Он к станку, она к бумаге, Но встречаются в обед. И в рабочей этой тяге Разгорается их свет.

Судьба Юре нравится Иринка, Пилорама их свела. Губы словно мед с росинкой, Взгляд — как вешняя смола. Он к станку, она к бумаге, Но встречаются в обед. И в рабочей этой тяге Разгорается их свет.

Пятно на скатерти Мошка попала в глазик — и всё равно. Разлилось молоко белой лужицей. Я стою, не спешу, мне уже всё равно, Пусть хоть стены качнутся, хоть стужица. Тишина на кухне, чайник остыл, На обоях — разводы от времени. Я смотрела на мир, а он мил, Но сегодня слабеет бремя. Молоко, словно варево, стекает со стола, Мошка в глаз не даёт мне покоя. Я такая, как есть: не добра, не зла, Просто очень устала от боя. Всё равно, что пятно, что разбитый стакан, Что на завтрак — вчерашние тосты. Я стою среди дня, как чей-то обман, Только мошки в глазу слишком остры. Этот день не закончить, не взять в кулачок, Разлилось — не собрать обратно. Мне всё равно — я приму, что пришло, И любить эту боль благодатно.

Разлитое равнодушие Мошка попала в глазик — мелкий сор. Разлилось молоко белой рекой. Я стою, не спешу, уставший взор Смотрит вдаль, за окно, в покой. Мне всё равно, что мокрый хлеб на столе, Что чашка упала и треснула вдруг. Этот мир надоел — и ты, и он, и все. Я сжимаю молчание в тугой круг. Лужа молока ползёт по краю скатерти, Как слепая улитка в ночи. Мошка в глазу — это знак, что ты не нашёл двери. Ты кричи — я молчу, не звучи. Сколько можно терпеть этот кавардак? Разлилось — и плевать, пусть течёт. Я стою, как забытый враг, У которого отняли полёт. Молоко впиталось в паркет, оставив пятно, Мошка вылетела в открытый проём. И дышать стало вдруг легко и темно — Я стою, и мне всё равно. Обо всём.

Ритм жизни Надели халаты, конспекты писали, Гуляли, тусили всю ночь до утра. А утром с рассветом опять продолжали: Конспекты, учёба — закончить пора.

Утренний кофе Горячий кофе, утро, тишина, За окнами шумит уже страна. Глоток — и мир становится добрей, День начался, и стало веселей.

В простом А мы стоим и смотрим вслед, И ловим в каждом дне, ответ: Быть может, счастье не в бегах, А в мелочах, в простых делах.