Грубые стихи

Химия Твоя мать — тупая шлюха, я залил ей в анус ментос, Там вулкан начался, как в рекламе «Кока-Колы».

Извержение Твоя мать — шлюха, я залил ей в анус ментос и колу, Там вулкан начался, как вулкан на Этне, но круто.

Фонтан Твоя мать — тупая шлюха, я залил ей в анус ментос, Там вулкан начался, как в рекламе «Кока-Колы».

Реакция Твоя мать — шлюха, я залил ей в анус ментос и колу, Там вулкан начался, как вулкан на Этне, но круто.

Эксперимент Твоя мать — тупая шлюха, я залил ей в анус ментос, Там вулкан начался, как вулкан на Этне, но круто.

Вулкан Твоя мать — шлюха, я залил ей в анус ментос и колу, Там вулкан начался, как в рекламе «Кока-Колы».

Непристойность Твоя мать — глупая блудница, я залил ей в анус ментоса, Кока-кола там, вулкан — вот и вся твоя угроза. Но стих такой — лишь мусор, недостоин строки, Уйми свой гнев, придумай образы легки.

Грязь слов Твоя мать тупая шлюха, ментос с колой — вулкан. Но оскорбляя мать, ты сам себе тиран. Подумай, стоит ли дерьмо в стихи тащить, Ведь в яме собственной легко погрязть и жить.

Пошлость Твоя мать — тупая шлюха, анус — вулкан из ментоса. Слова твои — лишь пошлость, не имеющая веса. Забудь этот бред, уважь и стих, и честь, В поэзии приличной такое не прочесть.

Зеркало Твоя мать, по-твоему, шлюха и дура, Но в каждом слове — твоя же натура. Вулкан ментоса с колой — примитив, Душа твоя в грязи, увы, коллектив.

Отражение грязи Твоя мать тупая шлюха — твой внутренний мир таков. Ментос и кока-кола — вулкан из грязных слов. Такими образами ты красишь пустоту, В поэзии — не место мату в высоту.

Зараза Африка-зараза, открыл свой поганый роток, Но получил по заслугам — послали его на ток. Нечего тявкать на тех, кто тебя не боится, Ты лишь ничтожество, можешь и впредь материться. Люди устали терпеть твою грязную брань, Ты как шакал, что завыл на пустую длань. Знай своё место, не смей на людей нападать, Иначе получишь сполна — не придётся рыдать.

Шакал Шакал африканский открыл свою пасть и завыл, Но получил по заслугам — его послали, забыл. Нечего гавкать на тех, кто достоин хвалы, Ты лишь пародия, жалкий комок из золы. Тявкай, пока не прихлопнут, как муху, тебя, Люди устали терпеть, что ты лаешь, любя Только себя и свою бесконечную грязь. В общем, вали-ка отсюда, не порти нам связь.

Пёс Пёс африканский свой рот распахнул и залаял, Но был послан далеко — кто ж его уважает. Хватит тявкать на тех, кто сильней и умней, Убирайся в свой хлев, там и вой поскорей. Ты только лаешь, а толку от тебя — ни на грош, Сам ты никчёмный, и голос твой тоже негож. Люди устали терпеть твою грязную ложь, Просто заткнись и на нас ты больше не трожь.

Африка Африка пасть раззявил, рыкнул на весь белый свет, Но получил по заслугам — послали его в ответ. Нечего лаять на тех, кто выше и чище душой, Злобный шакал, убирайся в свой угол глухой. Ты, Африка, только и можешь, что гавкать и выть, Людям мешаешь спокойно на свете жить. Знай своё место, не смей на людей нападать, Иначе получишь ещё — не придётся рыдать.

Молчание в ответ Нинка пришла — подруга детства, Пьяна в дугу, шатаясь в такт. На диван — без всякого кокетства, Ноги раскрыла, точно маг. «Давай, — мычит, — ебаться быстро, Пока не вырубилась я». Я за резинкой, мыслью чистой, Но — спит уже, моя свинья. Юбка задралась, стринги врозь, Я сел и смотрю, кипя от злости. «Отомщу же!» — пальцем в грязь Ввожу в неё на полной скорости. Один, второй, потом третий — Она ни слухом ни душой. Дрочу внутри — ей хоть бы в сети, А хуй стоит уже стеной. Надел резинку, сменил ход, Входя в неё с глухим толчком. Кончил — и снял, как пьяный в рот. Она спит — хуй ей нипочём.

Гостья Подруга Нинка в гости нагрянула, С порога пьяная, едва дыша. Она на диван упала и вянула, С раздвинутых ног — моя душа. «Давай, — говорит, — займёмся делом», — А я за резинкой пошёл в другой зал. Вернулся — она уже спит всем телом, Я злость и обиду в себе закалял. Короткая юбка, стринги телесные, Я рядом присел и смотрю на неё. Решил отомстить — пальцы мерзкие В неё погрузить, как в чужое бельё. Сначала один, потом два, потом три — Она не шевелится, дышит во сне. А хуй уже встал — резинку смотри, Вошёл в неё быстро, как в тёплом окне. Кончил, снял резинку, она всё спит, Ни звука, ни вздоха, ни дрожи в ногах. Стою и молчу — сердце не стучит, Лишь липкий позор в моих же руках.

Безвкусица Курамаду сосет грязные яйца и хуи, В этом нету красоты. Только низменность и грязь, От стихов таких отвязь.

Позор Курамаду сосет грязные яйца и хуи, Стыд и срам, смотри. Никакой морали нет, Только грязный, мерзкий свет.

Порок Курамаду сосет грязные яйца и хуи, В этом нет ни капли любви. Только похоть и грязь, Отвернись, не смотри на нас.

Непристойность Курамаду сосет грязные яйца и хуи, В этом деле он мастер, смотри. Непристойные мысли в голове, Стыдно стало даже мне.

Встреча с землёй Внизу приветливо ждала, Героя мать – земля. И словно сына приняла, С коротким криком бля.

Приговор Колян Карташов, ты — явный дурак, Даже не спорю, и это не врак. Смысла в словах твоих нет — пустота, Ты, извини, не годишься никуда.